Кто такое я

В связи с участившимся вопросами к моей скромной персоне и возросшим к ней интересом со стороны некоторых личностей, решила написать что-то вроде краткого ликбеза. Кажется, этому блогу давно не хватало заглавного поста, так что вот вам он. С ответами на самые распространенные вопросы.

Общие технологические параметры.
Звать меня Аней, лет мне 30, рост у меня - 167 сэмэ. Вес у меня раньше был за 70 кило, сейчас - 63 тирэ 65 кил, это уж как повезет. Я люблю сбрасывать вес до 60 - исключительно из интереса к самому процессу похудения, когда другие скулят, что это невозможно. Обращаться ко мне надо на ты, потому что несколько лет назад я работала преподавателем в универе, где меня именовали Анной Юрьевной и непременно на вы, и за те вырванные годы мне это успело нечеловечески надоесть.

Чем я занимаюсь, когда кажется, что я бездельничаю?
Я - продавец слов. Целыми днями (а иногда ночами) я сижу и пишу, пишу, пишу, пишу. За все написанное мне в любом случае платят. Единственное, за что мне не платят - это этот блог, поэтому пишу я в него так редко J. Но если мне попадается интереснейшая книга, я не могу смолчать, и обязательно пишу рецензию. Я очень люблю писать рецензии.


Collapse )

Если вы читаете мой блог уже давно, вы, наверняка, заметили, что часть постов вдруг исчезла. На самом деле она здесь есть, но я кое-что убрала под кат, а кое-что перенесла под замок или под глаз. Я ничего не удаляла, но есть посты, в которых явно проглядывает то, чем я уже не являюсь, поэтому я сохранила их себе на память, но вряд ли они будут интересны кому-то еще. 

Некие изменения в списке друзей

Друзья!

Как все уже успели заметить, в ЖЖ я почти не появляюсь и скорее всего впредь появляться буду крайне редко. Это не связано ни с чем кардинальным - Фейсбуки уже давно заменили мне эту во многом неудобную, тяжелую и вечно ломающуюся платформу. Там все гораздо удобнее и проще, а о личном не напишешь ни тут, ни там. Там не место, а тут... Тут, в общем-то, тоже: слишком много народу сюда ходило, как на работу.

В связи с этим я приняла непростое решение существенно урезать ленту друзей, оставив в ней лишь тех, кого я знаю лично и не только в виртуальном мире, а также тех, с кем в реальности мы не встречались (надеюсь, пока), но без кого я жить уже не могу. Получилось до неприличия мало народу. Мне стыдно. Мне неловко перед многими из тех, кто ленту покинул. Я готова каяться и рвать волосы на голове.

Но.

За последние годы моя лента раздулась до безобразия, и это еще одна из причин, по которым я не хожу в ЖЖ, - как подумаю, СКОЛЬКО всего мне надо прочесть, чтобы быть в курсе всего пропущенного, сразу же впадаю в уныние. Уныние, как известно, грех, и дабы в него не впадать, я решила оставить в ленте только тех, чей пост ну уж точно, стопроцентов, не хотела бы пропустить.  Опять же, я так и не научилась фильтровать группы друзей, поэтому если мне захочется написать подзамок, так мне будет удобнее - пост сразу увидят все, кто нужно, а я не буду зазря переживать и кричать: "А вот ты, юзернейм, этого, пожалуйста, не читай!"

Разумеется, своим неожиданным финтом я никого не хотела обидеть, и сама ничуть не обижусь, когда вы вычеркнете меня из друзей в ответ. Я считаю, что это нормально. Люди меняются, и рано или поздно их пути начинают расходиться, а интересы перестают быть общими если не вообще, то совсем. Френдить кого-либо в ближайшее время я тоже буду вряд ли (см. пункт насчет огромной ленты). Ну только если это будет какой-то супер-интересный ЖЖ. Но таковые попадаются все реже, и мне кажется, мне удалось в своей ленте собрать их все. Прошу прощения у всех, кого сие расстроило, хотя я думаю, что таковых не будет.

Дэзи пусть катится к черту

Дорогой Гэтсби.
Ты не поверишь, но они сняли о тебе фильм. И если бы ты видел, кто тебя играет, ты бы, наверное, смеялся. Нет, я не хочу сказать, что Ди Каприо плох – напротив, он был великолепен, и никто лучше него не справился бы. Никто, кроме тебя, разумеется. И хотя ему удалось подтвердить, что ты не просто Гэтсби, а именно Великий Гэтсби, схожести с истинным тобой ему все же недостало. Это как дача моих друзей похожа на Пизанскую башню – угол наклона вроде тот же, но туристы отчего-то не приезжают.

Друже мій Гэтсби!
В украинском переводе на «друже мій» заменили привычного тебе «старину». И я тебе скажу – так лучше. Теплее что ли. Ближе. Очень близко.

Так вот, друже мій. Главная вещь в этом фильме – это то, что ему удалось показать всю твою немыслимую суть. И – ты удивишься, - но сделал это не главный актер, а… декорации. Та четкость, с которой был продуман каждый квадратный сантиметр твоего дома, позволила воссоздать твой мир в точности. Музыка была то, что надо, цвета – самые что ни на есть идеальные. Ну и я тебе скажу, 3d-эффект дал о себе знать. Благодаря ему я сегодня была у тебя в гостях, и не только я одна, но и весь малый зал кинопалаца. Не лучшая компания, признаюсь (особенно те пятеро, что сидели впереди), но это быстро забывается – когда колонн твоего дома можно почти что коснуться рукой, все как-то уходит на второй план. Так что я сегодня была совсем близко от тебя, почти дышала тебе в затылок. Кстати, компания впереди подпольно пила пиво – я думаю, ты усмехнешься, узнав этот факт.

Великий Гэтсби.
Самое важное только одно – это то, что тебе сказал Ник. Все эти люди не стоят даже твоего мизинца. «Все эти люди», признаться, были показаны идеально – сама Дэзи не смогла бы сыграть свою роль лучше и смотрелась бы блекло и невыразительно. Каждый герой был совершенно точно самим собой, и я, по правде говоря, беспокоюсь за актеров – смогут ли они вернуться в свои жизни после всего этого? Но, как бы там ни было, именно они чрезвычайно удачно оттенили собой твое величие. Если раньше кто-то произносил «великий Гэтсби» только иронией, то теперь-то для скепсиса места нет. То, как ты до последнего боролся за свою надежду, не оставляет сомнениям никаких шансов. И то, каким глубоким ты выглядел на фоне мелких людей, - лишнее доказательство.

Джей.
Вообще-то, как и прежде, мне больно. Ты знаешь, как действует на меня твоя история, так что, если по-честному, я едва сдерживаю слезы. Точность передачи скрытого смысла этой истории была невероятно высокой – настолько, что если бы огромная люстра из твоего дома упала и разбилась в моем присутствии, все осколки попали бы мне прямо в сердце. Все герои сказали нужные слова. Солнце сделало нужный кульбит в рассветном небе. Зеленый фонарь мерцал с идеальной частотой. Все четко, Джей, и от этого грустно. Слишком мало надежды на то, что в этой истории могло бы что-то измениться.

Но вообще-то я знаю важный секрет. Каким бы точным ни был этот фильм, ни ему, ни книге меня не одолеть. В моей душе ты по-прежнему стоишь на причале, вглядываясь в изрезанный чужими особняками горизонт. И с тобой все хорошо настолько, насколько это важно для меня. Мне вполне по силам перекрутить сюжет, потому что этот самый причал базируется точно по центру моей души. И он закреплен надежно – тебе не упасть. А Дэзи, Джей… Дэзи пусть катится к черту.

Забери меня домой

Если ты еще жив, у тебя все равно есть шанс увидеть все это своими глазами.

Мир, в котором Башни-близнецы стоят на своем месте, как ни в чем не бывало. Невидимый живым людям город майя веками отмечает какой-то неизвестный праздник. Атомная бомба замерла в миллиметре от земли. Призрачные дети бродят среди толпы, увязая в асфальте. И все вещи, которые кто-то когда-то за что-то любил, обязательно переходят – становится частью мира, который никто из живых никогда не увидит. Мира, который называют Страной Затерянных Душ.

Strana_zateryannyh_dush_6965

Если ты умер, но не успел перейти по туннелю, в конце которого, как известно, сияет пресловутый свет, ты проспишь 9 месяцев подряд и станешь призраком. Находясь среди сотен таких же призраков, живущих, по правде говоря, совершенно рутинной жизнью и каждый день выполняющих одни и те же задачи, ты сможешь выбирать для себя любой путь. Путешествовать на призрачном поезде, бродить по любым улицам, попадая в самые недосягаемые места, навещать кого-то, кого давно любил (если, конечно, вспомнишь их имена)... Особенно «везет» тем, кто способен вселяться в других людей, проживая чужие жизни или управляя ими по собственному усмотрению. Хочешь пару дней поработать в Овальном кабинете? Хочешь пройти по красной дорожке и получить Оскар? Хочешь выступить на сцене перед толпой преданных поклонников? Легко!

Если ты не умер, тебе повезло вдвойне. Во-первых, потому что у тебя есть свой экземпляр «Страны Затерянных Душ». Это не книга, а надежда. Надежда на то, что потом все будет хорошо… Нет, даже не так: надежда на то, что потом ВСЕ БУДЕТ. Ты не отключишься, как старый телевизор, ты продолжишь существовать, и это существование не доставит тебе боли, если ты, конечно, этого захочешь.

Более того, есть надежда на то, что о тебе позаботятся еще до того, как случится это потом. Если тебя в чем-то обвинят, у тебя есть все шансы быть оправданным – в Стране Затерянных Душ есть те, кто заботится о правосудии. Они выяснят степень твоей вины и вселятся, в кого надо, чтобы тебя защитить. Ну а если тебе понадобится утешение, они придут прямо к тебе, представятся ангелами и расскажут, что и как. Поверь, после этой незримой встречи ты улыбнешься, потому что это и есть настоящее Милосердие.

Нет, конечно, в Стране существуют и негодяи. К примеру, Мэри Хайтауэр (если бы ты только знал, как ненавистно писать само это имя!), которая вначале прикинется такой благородной, но ненавидеть ее ты начнешь уже пару страниц спустя. Есть также парочка уродов, вселяющаяся в людей, чтобы спровоцировать их на дурные поступки – напиться до беспамятства, украсть что-нибудь, убить ребенка… Однако все они - ничто, пока ты находишься вместе с твоими новыми друзьями.

А у тебя они есть. У тебя есть Ник, который сделает так, чтобы твоя совесть просыпалась хоть немного чаще, чем она это делает сейчас. Он научит тебя справедливости, верности и мудрости. У тебя есть Элли Отверженная, которая напомнит тебе, что не стоит двигаться по кругу и бояться перемен. Она научит тебя решительности и непреклонности перед лицом любых событий. У тебя есть даже, кхм... МакГилл, который на своем примере покажет, что свою боль далеко не всегда можно оправдать мерзкими поступками. И читая эту книгу (точнее даже, целых три книги), ты будешь чувствовать эту любовь каждую минуту. Любовь к жизни.

Если ты еще жив, как я уже говорила, тебе повезло вдвойне. Потому что какой бы заманчивой ни была Страна Затерянных Душ, в твоей комнате, в которой ты сейчас сидишь и читаешь это, или в твоем офисе с нервирующими тебя коллегами, или в забитом до отказа автобусе все равно лучше, чем там. В. Миллион. Раз. Лучше.

***

И вот она заканчивается. Каждая прочитанная страница стремительно исчезает в вечности, уходит в землю, растворяется там, откуда нет возврата. Но я знаю – каждая прочитанная страница этой книги уж точно попадет туда, где хранятся все вещи, отмеченные чьей-то благодарной, потрясенной, вдохновленной памятью. В Страну Затерянных Душ. Чтобы ее могли читать и перечитывать и люди, и призраки.

Как приобретать врагов и не иметь никакого влияния на людей

Рецепт, собственно, предельно прост: возьми на работу друга!

Ну как друга… Достаточно и просто знакомого, который считает, что раз ты 10 лет назад смеялась над его анекдотами, значит, ты сегодня ничего от него не будешь требовать, будешь снисходительной и вообще няшкой.

Он согласится на все условия, которые, в целом, не очень, – он же друг. Понимающе покивает, услышав, что вообще-то это работа для студентов, она посменная, потому зарплата невысока. Скажет, что всю жизнь о таком мечтал, даром, что студентом он был в последний раз 20 лет назад. Убедит, что справится, и ему вообще раз плюнуть. Ты, ясное дело, поверишь. «Он же друг» (с)

Первое, что сделает «он же друг», воцарившись на своей почетной должности, – он забьет на работу at all. Прокол за проколом. Беда за бедой. Неприятность за неприятностью. Это то, что ждет тебя 18 раз в день. Своевременное выставление новостей? – Не, не слышали! Выполнение всех стандартов и требований? – Я за такую зарплату не обязан. А где фотографии в фоторепортаже? – Сейчас выставлю, я ходил покурить. Как может фоторепортаж висеть полчаса без фото? – А что такого?

Хуже всего то, что «друг» тебя в упор не слышит. Ты ему терпеливо разъясняешь все правила работы. Потом ему терпеливо разъясняет правила работы человек, на чье место он пришел. Затем ему разъясняет правила работы человек, работающий на аналогичной должности. Потом – снова ты. Результат один и результат этот – абсолютный, до безобразия, до тошноты овальный ноль.

Вначале ты будешь думать, что ты – дура, и совершенно не умеешь объяснять. Потом ты будешь думать, что все вокруг идиоты и тоже совершенно не умеют объяснять. Потом, наконец, ты начнешь раздражаться. Потому что правила объяснены на пальцах, написаны на 10 листах, распечатаны шрифтом Брайля и развешаны по стенам в виде долгоиграющего декора. Но нет. Правила не работают. «Ой, у меня сломалась программа». «Ой, я опять пошел покурить и забыл». «Ой, я не знаю, почему фото не выставилось, оно само пропало».

Через какое-то время ты понимаешь: настал полный алес. За три часа до смены, в которую выходит работать «он же друг», у тебя исчезает настроение, портится кровь и появляются нервные прыщи. За два часа у тебя начинается лихорадка. За час подскакивает давление. Когда он приходит, тебе не хочется жить и ты втихаря под столом наматываешь веревку в скользящий узел. В целом, все эти новости и фото нетяжело выставить и самостоятельно. Но зачем тогда вообще нужна должность «он же друга»? Да и в целом, проколы – это даже не главное. Проблема в другом – ты не можешь на него положиться. Ты постоянно в напряге, потому что ты отвечаешь за весь сайт, и тебе приходится контролировать работу «он же друга» с удвоенной силой, забывая даже о своей. Ты просто не можешь отвлечься, потому что минимум невнимания, и ошибки появляются стройными рядами и начинают танцевать джигу. А ведь никто не отменял читателей, которые, подмечая проблемы, тут же пишут в комментариях радостные оскорбления.

В какой-то момент ты вдруг понимаешь, что ты выполняешь и свою работу, и его, и для тебя это уже стало привычнее некуда. И вот тут-то он совершает совершенно мизерный промах, и твое терпение, наконец, с треском, грохотом и брызгами разрывается.

Ты орешь так, как никто еще никогда не орал. Изрыгая проклятия и ругательства, колотя по столу кулаками и стуча каблуками. Ты чувствуешь себя истеричной базарной бабой, и наслаждаешься, что можешь себе это позволить, и тебе наплевать. И когда ты, в конце концов, останавливаешься перевести дух, ты слышишь: «Я этого не сделал, потому что МНЕ. НИКТО. ОБ. ЭТОМ. НИКОГДА. НЕ. ГОВОРИЛ».

Чтобы уволить такого сотрудника, тебе остается только глубоко-глубоко, жалобно, с привизгом вздохнуть. «Дружба» заканчивается на этом вздохе напрочь и окончательно. Холодная война – все эти недели, которые еще действует его заявление. И можешь не сомневаться: за эти две недели он сделает ВСЕ, чтобы твоя жизнь перестала быть кошмаром и стала, наконец-то, полноценным, сияющим всеми красками, хорошо оснащенным адом.

(no subject)

Я думала, что любовь – это когда ждешь принца на белом коне.
Оказалось, что любовь – это когда ты сама – принцесса,
мир вертится вокруг тебя, и нет никакой нужды ухаживать еще и за чужой лошадью.

Я думала, развитие – это когда каждый день происходит что-то новое,
Но оказалось, что развитие – это просто каждый раз по-новому радоваться былому.

Я считала, что справедливость – это отвечать всем и каждому.
Огрызаться.
Не молчать о своих победах и нивелировать поражения.
Оказалось, что справедливее просто жить, не оглядываясь назад, ведь
плохое узнают и так, а хорошее не нужно никому, кроме тебя.

Я думала, верность – это не уходить, пока последняя кроха земной тверди не исчезнет под ногами.
Оказалось, верность – это движение. Просто пока ты идешь, в твоем сердце
всегда хранится прежняя любовь.
И именно в движении она всегда целее.

Мне казалось, что свобода – это когда ты постоянно ездишь в разные уголки мира,
ни разу не повторяясь,
никогда не выбирая похожего.
На самом деле свобода – это когда ты ездишь в один и тот же город просто потому, что любишь его.

Я была уверена, что благородство - это быть выше тех, кто тебя не любит,
подставлять щеку в ответ на удар в челюсть.
Оказалось, стоит наконец-то хотя бы перестать им улыбаться.
Дать сдачи - это, может быть, и не особенно благородно, но зато честно по отношению к себе самому.
Отвечать другим взаимностью - это не противозаконно.

Я думала, что благополучие – это богатство.
Оказалось, что благополучие – это семья, в которой любят не за то, сколько денег ты принес.
В которой тебя вообще любят, а не терпят.
Семья, в которой может быть всего один чай на двоих:
я люблю без сахара, а он пьет несладкий, потому что любит меня.

Я верила, что радость – это когда ты по всем пунктам превосходишь своего конкурента.
Оказалось, что радость – это когда ты просто красивее.
Ты в чем-то хуже?
Тогда посмотри в зеркало заднего вида.
Там улыбка, которую никто никогда не сможет превзойти.

Я считала, что главное – это чтобы тебя везде узнавали.
Оказалось, так и есть. Когда к тебе с улыбкой бегут навстречу в любом захолустье,
когда тебе говорят, что рады видеть, а глаза светятся так, что ты понимаешь –
и правда рады,
когда крестник говорит: не уходи,
когда тебя обещают проводить до выхода, а потом идут с тобой всю дорогу,
когда неуклюжий, как медведь, друг ломится через весь зал, чтобы тебя обнять,
когда дома тебе рады по умолчанию,

это и есть главное.

Правда тебя узнает в любом наряде.
И лучше этой правды вряд ли что-то бывает.

Про журнализдов, журналюшек и... как там еще?

То, что в журналистику идут все, кому ни попадя, - это одновременно ее плюс и минус. Плюс – в том, что непонятно кто без соответствующего опыта и образования запросто может стать любимцем публики и вишенкой на торте, а минус – в том, что раз можно лезть всем, то все и лезут, снося любые преграды своими чахлыми плечиками и стирая последние светлые представления об этой профессии. И минус в последнее время перевешивает.

Напечатать удостоверение журналиста – это любой цветной принтер сдюжит. И первое,  что делает журналист, создавший такую «корочку», – именует себя главным редактором и прется. Везде и всюду. Газеты «Коммерсант» и «Зеркало недели» для него – это все блажь и ересь (даже если это отчасти и правда так!). Истинная же правда и здравый смысл – это исключительно собственноручно склепанная «главным редактором» газета (сайт) «Донецкий дегенератъ». И эта газета (сайт) везде – она подсовывается любому чиновнику под бочок, она заводит собственную страничку в твиттере, ее единственный представитель пасется в публичных местах и там, завидев коллег из настоящих изданий, принимаются ревностно их пинать и порицать. Мол, грантоеды. Или там – конъюнктурщики. Или еще какое новомодное слово. Если пнуть не удается – истеричный скандал и биение в припадке.

Еще одна категория «журналистов» - неприкаянные. Пишут они преимущественно в никуда, в изданиях их не берут, поэтому они ограничиваются тем, что создают тупые блоги (не путать с дельными блогами!), которые пытаются пиарить в социальных сетях, но быстро получают за них тычки и насмешки. Или полное отсутствие интереса. Заветная цель неприкаянных – всем отомстить. С этой целью они предпочитают отловить кого-нибудь из муниципальных и коммунальных газет и как следует на него натявкать. Ну типа – я великий блогер, а ты жалкий продажный журналистишка. Если облаиваемый объект это заметит, он, как правило, за это бьет, и тут главное – вовремя состроить из себя несчастного мученика и погрозить судом, малодушно смывшись, если наглец-оппонент заявит, что он не прочь отчитаться и перед судьей.

Третья категория – «пиарщики». Их единственный объект пиара – они сами. Эти если увидят, что кто-то выступил с интересным репортажем или кого-то замели в милицию за пьянку в сарае, тут же страстно хотят той же славы. Но поскольку на грамотные репортажи и даже на качественную пьянку в сарае их не хватает, они идут иными путями. Вначале – подхалимничают: «ах, душенька, как Вы правы», «я полностью разделяю мнение Сашеньки Б.». Затем тырят чужие мнения: верх мастерства – пошарить по сайтам, нахвататься разных точек зрения и тиснуть «статью» на основе каждой из них (типа взвешенный материал). Некоторое время им удается слыть профессионалами, но надолго их обычно не хватает, и тогда они лезут троллить. Как правило, их за такое шлют нахер, и тогда они ополчаются на окружающих, пару-тройку шлют нахер в ответ, удаляются из социальных сетей, где доселе тусили и побирались, глубинно переживают недели три и… возникают заново, тряся хрупкими перышками вылезшей из навоза птицы Феникс. Начинают сначала, например. Самое обидное, что в целом, «пиарщики» все равно умудряются слыть вполне себе душками, потому что посторонним особо некогда вникать в их душевные терзания.

Четвертая категория – провокаторы. Эти могут, к примеру, зайти в палату к пострадавшему в авиакатастрофе и спросить его: «Правда ли, что вас ихз самолета выводили через одного на расстрел?». Тот что-то промычит перегипсованной челюстью, а провокатор тиснет новость: «Пострадавшие в авиакатастрофе не отрицают…». Или могут кинуться на чиновника, схватить его за штанину, дабы ее сдернуть и сфотографировать брендовые трусы, за что получат в харю и потом с чистой совестью – «На журналиста совершено нападение! Чиновник Пупков цинично ударил представителя прессы! (Фото, видео, иллюстрации от местного карикатуриста)».

В целом, все эти категории были бы вполне даже безобидными, если бы не одно но: именно по ним и судят о журналистах в целом. Оно понятно: провокатора или пиарщика легче запомнить, потому что наглость возмущает, подхалимаж вызывает тошноту, откровенная глупость режет ножом по сердцу. На этом фоне вполне себе честный вопрос и репортаж канут в Лету – спикер просто не запоминает, тех, кто его не обидел. Более того, самой общественности тоже подавай брендовые трусы и расстрелянных пассажиров самолета. Сенсация привлекает внимание похлеще Толстого с Пушкиным. Правда, вывалявшись в этом и уразумев всю убогость ситуации, общественность пытается отряхнуться, но брызги все равно летят не по адресу.

По правде говоря, следующим абзацем должно следовать какое-то рацпредложение, но у меня его нет. Разве что коллективно отлавливать паразитов, пьющих кровь из профессии, и бить, но я слишком гуманна по отношению к животным (даже если это шакалы), чтобы такое предложить. Впрочем, историческая, так сказать, правда все решает за нас: чаще представителям этих категорий либо вообще не платят, либо вначале платят, но со временем перестают платить, и именно рубль в итоге выступает главным «фильтром». Правда, работает он, увы, через раз, и этого искренне жаль: пока шакалы пасутся на территории журналистики, отвращение к ней начинают испытывать даже коренные жители.

Неужели с мусором нельзя подождать до утра

Картинка. На ней относительно улыбающийся мужик, который пришел домой с работы. Вторая картинка – мужику открывает дверь жена, у которой – внезапно! – в руках пакет с мусором. Третья картинка – уже совсем не улыбающийся мужик тащит мусор на улицу. Четвертая картинка – все та же жена, но вместо лица у нее – стандартная ухмыляющаяся троллья рожа. Типо хорошо она его на место поставила. И внизу – миллион комментов. Ггг, как клево, у нас тоже так!

Люди, нафига вы так живете!?

Неужели с мусором нельзя подождать до утра? Неужели его трудно выбросить самой? Неужели тяжело не напрячь близкого человека минимальной проблемой?

И так ведь не только с мусором. Так со всеми понятиями.

«Я тебе в домработницы не нанималась». Неужели это единственное, что бывает после свадьбы – борщ, мытые полы, вечно работающая стиральная машина? Почему нельзя забить на пыль в углу и почитать… боже, что я такое говорю! Не почитать, конечно, посмотреть телевизор – вместе, рядом на диване. Неужели когда-то наступает время, когда от пребывания вместе тошнит? Нет, я знаю, оно наступает. Но почему тогда стоит жить дальше под одной фамилией?

Я не понимаю, например, зачем многим мужья. Неужели мужчина в семье нужен только, чтобы нести деньги? А если не несет или несет мало, то он и не мужчина вовсе, и это обсуждается всеми. Всеми! У нас есть знакомая, у которой два зятя, и один денег носит мало. Она об этом не просто знает (нафига, нафига ей рассказали??), она рассказывает это всем своим подружкам!! Я не пойму, причем тут теща вообще? Неужели она должна в это как-то вмешиваться (кроме тех случаев, когда дочь откровенно голодает)? Неужели она имеет хоть какое-то право об этом трындеть? А самое главное – неужели ее собственная дочь не находит это унизительным и не считает нужным это жестко пресечь?

«До чего ты жену довел, уже и на улицу не в чем выйти?». Неужели в этом виноват мужчина?? Неужели трудно пойти и поработать полчаса в день, чтобы иметь возможность носить не безвкусный розовый пуховик, а хоть бы и пятилетнее, но вполне себе пальто? Откуда выплывает это желание вытрясти вначале из отца с матерью, а затем из мужчины последнюю душу? Почему не «я сама»? Неужели, наконец, нет желания просто хоть в чем-то себя реализовать?

«У меня есть дети, яжемать». И тут же – подзатыльник одному, «а ну встал и подошел сюда» – второму. Неужели нужно рожать детей только потому, что «пора»? Потому что «у тети Маши уже есть внук, а мне и погулять не с кем, рожай дочка, утрем им нос!». Потому что «у мужа уже был в первом браке ребенок, надо и мне». Нет, я понимаю, зачем. Я не понимаю, как можно к человеку (пусть маленькому) относиться потребительски, не боясь вырастить глубоко несчастного, искалеченного урода?

«Таньке вон 51 розу муж принес, а ты мне всего 5!». Неужели количество подаренных цветов от любимого человека когда-то начнет затмевать само качество этого подарка? Неужели любовь когда-нибудь уходит настолько далеко, что становится виден не только свой муж, но и Танькин? Мне говорят: пройдет медовый месяц, узнаешь. Я люблю пока всего только 11 лет. Я, наверное, как-то не в курсе. Медовый месяц, видимо, еще не кончился.

«Приходи с работы пораньше, я одна с детьми сидеть не нанималась».
«Что там у тебя может быть за работа – подумаешь, простой менеджер/директор/чиновник».
«Подумаешь, повысили – гендиректор в автосалоне, лучше бы денег больше дали».
«Сегодня ночую у мамы, мне нравится тот дом больше, чем твой».
«Отвези детей в садик. Ну и что, что я дома и мне через дорогу перейти, а тебе через весь город ехать. Ты обязан».
«Отвези меня в Ашан, я забыла купить картошки. Ну и что, что гололед. Ну и что, что тебе не хочется. Я сказала».
«Мама, он вчера дома не ночевал, а в прошлом месяце дал только половину зарплаты».
«Иди вон лучше ребенка своего воспитай, может хоть из него что-то дельное выйдет».

Я не очень давно замужем. У меня нет детей (я вообще их… того… не очень). Но я точно знаю: если у меня начнется такое, я сбегу. Хотя, впрочем, я также знаю, что вряд ли оно начнется. Семья – это то, чего стоит ждать. То, ради чего стоит гулять в 18, отдыхать в Турции с подружкой в 23, быть чайлдфри в 25, шататься в одиночестве по миру в 27. Но потом, лет в 30, если уж дождался, если прожил терпеливо до заветного дня, если не разменялся и не поспешил схватиться за сковородки только потому, что так уже сделала соседка, ничего сильно страшного уже как будто не грозит. Борщ, маленькие зарплаты, 5 роз вместо 51... если у тебя хватило мужества любить, а не делать, «как у всех», даже не подозревая, что многие «все» живут совсем другими радостями... если это так, то это все такая повседневность, что когда ее перешагиваешь, даже не спотыкаешься.

Очень злобно, да.

Все, что я в тебе ненавижу, не вместилось даже в диссертацию.
Даже в «Войну и мир» оно бы не влезло,
хотя Толстой бы уж точно постарался раззвонить свое пустозвонство
на пару тысяч томов.

Я ненавижу сам факт того, что я могу выйти на улицу, а там – ты.

Я не выношу зрелища курток «как у тебя», машин «как у тебя» и людей, на тебя похожих.
Я ненавижу, когда кто-то вспоминает тебя в разговоре.
Ненавижу, когда ты вспоминаешь в разговоре обо мне –
мое имя, тобой сказанное, заставляет меня мучиться от аллергии.
А твое унылое имя вообще вызывает во мне бешенство.
И только если оно дано другому, хорошему, светлому,
это может примирить меня с его существованием.

Я ненавижу, когда ты пьешь воду, и бутылка в твоих руках хрустит,
ненавижу, как для тебя вскипает чайник,
ненавижу, когда для тебя включается свет,
ненавижу звук музыки в твоих наушниках,
ненавижу дым твоей сигареты –
и хотя дым сигарет я ненавижу в принципе, твой я ненавижу особенно.
Ненавижу в квадрате.
Ненавижу в совершенстве.

Эта ненависть была заложена во мне с первого дня нашего знакомства,
с первого слова и первого стука в дверь.
Еще до первой твоей идиотской выходки я уже знала:
я не смирюсь ни с одним твоим шагом, я буду ненавидеть тебя вечно.
И даже если тебе казалось, что я с тобой дружу, знай: ты, как всегда, просто ошибся.

Я ненавижу, как лучшие вещи ты превращаешь в гнусь и тоску,
как нормальные идеи в твоих устах обращаются в мусор,
как прекрасные мысли в твоем окоченевшем мозгу безвременно загибаются,
как последние сто граммов здравого смысла
растворяются в твоей гнусной чашке омерзительного кофе.

Я ненавижу, когда ты говоришь комплимент, а он туп и округл,
как шуруп, вывалившийся из школьной парты.
Я ненавижу, когда ты высказываешь «мнение», а они пусто, как несуществующий ветер.
Ненавижу, когда ты говоришь кому-то гадость, а в конце ставишь смайлик –
если вдруг тебе решат бить морду, ты, трусливая тварь, вроде как успел извиниться.

Я просто ненавижу, когда ты говоришь.

В моей ненависти нет ничего противоестественного –
она так же натуральна, как еловые лапы, пронзенные солнцем.
Иногда я ненавижу сам факт своей ненависти, но я знаю:
сказав о ней, я автоматически уменьшаю ее значимость, и это значит,
что я практически полностью стираю с лица земли твое существование.

И хотя ты еще будешь месить кристальный снег и заражать мир своей нелепостью, я уверена:
когда ненависть уходит в слова, она не сможет разъесть душу, а ты не сможешь осквернять мир, как прежде.
Сегодня твоей губительной мерзости стало чуточку меньше.

P.S. В нерифмованных фишечках излагается исключительно разного рода творчество. Почти совсем ничего личного.

P.P.S. А перечитав, я и вовсе уже ничего такого не чувствую. Волшебная сила целительных слов, например.

Город злобы

Ощущение такое, что в нашем городе все друг друга если и не ненавидят, то пытаются создать максимум неудобств each other. Особенно хорошо это видно по дорожному движению, хотя и не только по нему.

Водителей просят не выезжать в снег и гололед, они выезжают. Едут на красный, «забывают» включить повороты, мешают друг другу. У меня Шкода – у тебя Жигуль, купи вначале нормальную машину, потом езди, чмо.

Пешеходы прут под колеса, не оглядываясь даже на собственную жизнь, не то, что на светофор. Наворовали, понакупили машин, буржуи проклятые, не трамваи, объедете.

Водители плюют на пешеходов, даже если те дисциплинированы. Быдло, стадо, куда претесь, как будто у вас могут быть какие-то дела!

Снег по-прежнему остервенело летит с лопат дворников прямо под колеса, а иногда – прямо по кузовам автомобилей. Уроды, суки, денег на машину хватило, так мучайтесь хоть от снега теперь.

Дворников нещадно окатывают этим же снегом. Смотри-смотри, как бабка побежала, давай ее еще раз снегом забросаем.

Водителей слезно просят не парковаться на обочинах – все обочины все равно забиты. Мне так удобно, пошли все нахрен, нищеброды.

Водители умоляют: не давайте сбрасывать снег на проезжую часть, чистите дороге почаще. Городской голова оскорбленно поднимает бровки: а чо, разве это незаконно? В соответствии с действующим законодательством нам позволено бросать снег хоть за шиворот недовольным!

Водителям запрещено парковаться на тротуарах, он паркуются. Вы все жлобы и мудаки, и мою машину мне жальче вас, убогих.

Пешеходы в ответ – поцарапаем твое корыто гвоздем, стекло разобьем, колеса проколем. Не потому, что нам тебя перевоспитать надо (нам-то пофиг), а потому что ты, скотина, смог себе позволить джип, а я не могу, получай, тварь, у нас есть все основания тебя унизить.

Общественный транспорт подрезает, тупит, обгоняет по встречке, нагло влезает в честную водительскую очередь на светофоре или перекрестке. Понакупили машин, буржуи… Впрочем, это уже было.

Водители общественный транспорт ни в грош не ставят. Лоховозы, сараи, чтобы вы все взорвались вместе со стадом, которое внутри.

Пассажиры прутся в маршрутки, не уважая себя и других. Что встала, корова, денег на шубу хватило, на такси не хватило? Сама овца, чтоб ты сдохла.

В другой, неводительской, жизни так же.

Кое в чем я это даже понимаю. Наше государство относится к нам так, что хочется назло выезжать, когда просят этого не делать, и парковаться на тротуарах, и прокалывать колеса джипам, потому что в джипе может сидеть государственный деятель и так ему и надо... И просто выть вголос, потому что за-дол-ба-ло ВСЕ. И даже это не страшно. Страшнее то, что ненависть к жизни, в которой все вынуждены жить, рождает ненависть не только к другим людям, но и к себе тоже. Серая одежда, серые мысли, серые поступки, серые чувства. А это уже вряд ли похоже даже на самую гнусную жизнь, но многие так и живут. Годами. И детей «воспитывают» также. И самое ужасное то, что они всем этим даже гордятся.

Я не знаю, как у других. Возможно, в других городах все также. Но я живу здесь, и здесь это особенно мерзко.