Category: лытдыбр

Category was added automatically. Read all entries about "лытдыбр".

Одному тебе я верю, Шерлок Холмс...

В детстве у меня была забавная склонность - я влюблялась в книжных героев. В принципе, это, наверно, делают все дети, которые любят читать и читают много. Как бы там ни было, мне куда больше нравились граф Монте-Кристо, Атос, Алан Квотермейн, Тим О`Келли из "Огненного бога марранов" и мальчик из "Кортика", чем реальные мужчины и мальчики, окружавшие меня в те времена. Нет, конечно, самым большим героем для меня был папа, и он был не превзойденным ни в книгах, ни в фильмах, но папа есть папа.
Все упомянутые мужчины и мальчики были для меня как-то особенно дороги, поэтому когда я слышала их имена от кого-либо, мне казалось, что этот кто-либо оскверняет эти имена, ибо не постигает всей их сути и всей глубины этих, конечно же, никем не понятых и не признанных героев. Никем, кроме меня. Я зверски ревновала этих героев к женщинам, если таковые появлялись в тексте, особенно если герои этих женщин любили, а те отвечали им взаимностью. Меня это раздражало и доводило до слез.
Наверное, именно поэтому наиболее успешной и глобальной у меня была любовь к Шерлоку Холмсу. Этот персонаж более других был близок к уровню неземной любви, испытываемой мной к папе.
Моя первая "встреча" с Холмсом состоялась в 8 лет, когда мы с родителями отправились в гости к нашим друзьям, и мама радостно приготовила их дочке в подарок 8-томник Конан Дойла. Эта девочка увлекалась сэром Артуром, обожала рассказы о Холмсе, и тогда по каким-то причинам не могла достать себе полное собрание. На восьмитомник я посмотрела пристально и ревностно, но мама сказала, что мне такое читать рано, и вообще может оно мне еще и не понравится, поэтому однозначно дарим это Вероничке. Девочка Вероника, увлекавшаяся сэром Артуром, выхватила книги в одно мгновение, забилась в уголок и принялась за чтение, периодически взвизгивая от восторга. Будучи лишенной ее общества, я заскучала, но решила предпочесть скучанию один из томов, оставшихся неохваченным Вероникой.
Книга, которое "вообще-то могла бы мне не понравиться", оказалась завораживающей. Мне, черт возьми, нравился этот угрюмый тип, который находил особое удовольствие в одиночестве, молчании и размышлениях. Я была такой же - нелюдимой и погруженной в себя. Он был талантлив и в чем-то даже гениален. Я тоже была такой. Он был преданным другом, и в нем чувствовался огромный потенциал не растраченной пока что любви. И во мне было то же самое.
И, что главное, - на горизонте у Шерлока совершенно не было никаких женщин, которые могли бы составить мне конкуренцию. Я была уверена, что я - судьба Шерлока Холмса, и меня это страшно радовало. Шерлока Холмса, надо полагать, тоже, потому что с тех пор он охотно шел мне навстречу. Несмотря на безбожно подаренный 8-томник, в закромах книжного шкафа сохранилась еще одна синяя книжица - сборник, бездарно составленный из пяти циклов рассказов Конан Дойла, и совершенно не представлявший интереса, ибо уже через короткое время я фактически выучила его наизусть, и до сих пор знаю, на какой странице прилипла яблочная косточка, а какая страница содержит волшебную, складчатую издательскую помятость.
Как только синяя книжка перестала представлять для меня тайну, такой же 8-томник, который мы подарили, потом обнаружился во владении наших соседей. Им эти книги были нужны менее, чем Веронике, и они могли бы их дать мне почитать. Я безбожно этим пользовалась. Книги у меня буквально жили. Если быть честной, я, пожалуй, даже оставила в них пару-тройку следов жирных пальцев, и помяла несколько страниц в особом экстазе перечитывания рассказов. Я выписала из них все, даже самые незначительные упоминания Холмса, его описания, его слова, описания его настроений... Фактически я переписала книги заново в тетрадку с букетом сирени на обложке.
Конечно же, рано или поздно тома я вернула. Не потому, что кто-то того требовал, а просто я понимала, что не хорошо держать книги так долго.
И тогда мой любимый Холмс преподнес мне новый подарок - кино, снятое Масленниковым. К тому времени мне уже было лет 16.
Красавец Ливанов поразил меня в самое сердце. Он словно вышел из моих представлений о Шерлоке и воплотил их все даже лучше, чем это можно было бы себе представить.

Я с упоением смотрела все серии, которые демонстрировались поздно вечером по "Интеру", не забывая иногда для виду ругать Масленникова за какой-то неудачный, на мой взгляд, пассаж. Особенно же меня раздражало такое неправильное, нечестное и преувеличенное появление в фильме мадам Ирен Адлер, которая даже в своем безвкусном голубом платье явно составляла мне очень убедительную конкуренцию. О, как я ненавидела эту женщину! И хотя доктор Ватсон популярно пояснил, что женщина сия не может вызывать любви у Шерлока, и Шерлок публично с этим согласился, я все равно подозревала, что он постыдно врет. Иначе с чего бы он везде таскал ее гнусное фото? Это был крах моих мечтаний.
С тех пор прошло уже лет десять точно. Влюбленность в Шерлока заменилась реальной жизнью, чему я в целом очень рада. Не пристало человеку жить в своих мечтах и забывать о реальности, как говаривал старик Дамблдор.
Однако Шерлок меня не покинул. Он до сих пор появляется в моей жизни. Иногда как утешение - стоит мне только загрустить, к моим услугам тут же оказывается книжка в синей обложке с прилипшей к странице яблочной косточкой. Иногда как предзнаменование - именно с него началась история с Лондоном, которая, я надеюсь, никогда не закончится. Иногда же я просто снова смотрю кино о нем, и мне это до сих пор в радость.
Сейчас я как раз нахожусь на этапе его очередного просмотра. И я все чаще вспоминаю свою детскую придумку, которая заключалась в том, что все литературные герои на самом деле существуют. Они живут в своем мире, и в этот мир можно попасть, просто надо найти способ. Вот авторы произведений каким-то образом об этом мире узнали - подсмотрели, услышали, увидели во сне... Но если уж ты туда попадешь, то все там будет так, как придумывал именно ты, читая эти книги. И поэтому, наверное, мне всегда верилось, что где-то - может на другой планете, а может, просто в другом измерении, - существует таки дом 221б по Бейкер-стрит - не тот, где сейчас музей, а настоящий - с камином и лестницей из 17 ступенек. И Шерлок там - сидит и курит свою трубку в ожидании моего появления. Для меня даже уже приготовлена чашечка кофе, который непременно дождется меня, не остыв. И, конечно же, когда я появлюсь, Шерлок непременно в меня влюбится :).
Мне всегда в это верилось. И сейчас я понимаю, что я была не так уж и не права. Этот мир таки действительно есть, и попасть можно, и это даже совсем не сложно.
Мир этот находится в моем сердце. Как раз в том самом его уголке, где собраны все мои яркие, необычные и светлые детские фантазии, делавшие меня в свое время такой счастливой.

Универ - пятиминутка ненависти

Начался сентябрь и началось преподавание в универе, которое я ненавижу. Мои студенты, конечно, хорошие ребята. Тем более я их почти не вижу, но все же сам процесс преподавания я ненавижу всей душой. Я хреновый учитель, и это очевидно всем - всем, кроме моего декана. Он почему-то слепо верит в меня. Он прощает мне даже, когда я не прихожу на собственные лекции, оправдываясь тем, что не было подходящего самолета и я не смогла прилететь. Вру, конечно. Просто не хотелось идти. И в следующий раз тоже не хочется. И в следующий... И я жду каникул уже сильнее, чем мои студенты.
Ну правда же, чему я могу их научить? Тому, что умею сама? Это вряд ли. Я не умею, а самое главное - не люблю передавать свои знания. Тем более, меня им никто не учил, я их сама выуживала из различных обстоятельств жизни.
Научить их писать статьи так же? Но зачем?? Зачем, если можно писать и лучше, и хуже - но тут уж, кто на что способен.
Дать им определение основных понятий? Но в этом нет смысла. Потому что когда ты пишешь статью, ты не думаешь, в каком она жанре.
Журналистика не может быть наукой. Моя диссертация смешна и высосана из пальца (ну это все и так знают). Мой научный руководитель не может меня ничему научить, потому что она не работала столько, сколько я никогда.
Может, я просто зазнаюсь? Я не знаю. Но похоже, что все-таки да.

Препод: "Недоделанный отчёт - это не беда. Главное, когда будете делать детей - доделайте их! А то потом приходят недоделанные дети и приносят недоделанные отчёты. И никак не прервать этот замкнутый круг."

Я не хочу преподавать. Мне совершенно некогда этим заниматься. И как только я благополучно защищусь и сожгу свою диссертацию на ритуальном костре, я сбегу из универа с радостью.
Ненавижу свою диссертацию!!!!
Ненавижу универ!!!!
Страшно подумать, что когда-то мне было грустно оттуда уходить...